Классные истории

Издание для детей и подростков "6+"


Классные истории. Рассказы

Автор: Елена Чапленко

№11 от 13.05.2020

Классная история пятьдесят шестая

Подбегает как-то раз ко мне Володька Сухарев на перемене и спрашивает:

- Ты мне друг?

- Друг, – говорю я. – А как же!

Володька насторожённо посмотрел по сторонам. 

- Тогда, - говорит, - я тебе скажу. Только ты пообещай, что никому не расскажешь.

А я по своему личному опыту знаю, что слово «пообещай» в начале истории всегда таит в себе что-то заговорщицкое. Поэтому сразу решил отказаться, но при этом почему-то утвердительно кивнул головой.

Володька перешёл на шёпот.

- У меня, - говорит, - 25 октября день рождения. Только ты об этом никому не говори. Ты пообещал! 

Я ужасно удивился.

- Володька, - говорю я, - так ведь все ребята об этом знают. И учительница заодно. Тоже мне тайна!

Володька на меня зашипел:

- Ты пообещал… Ты пообещал…

- Ну, ладно, - пожал я плечами, - не скажу!

Выкрикнув, что я – настоящий друг, Володька засветился от счастья и побежал куролесить по коридорам. Правда, потом он ещё пару раз требовал с меня честное слово. А потом начался урок рисования. Нам задали нарисовать яблоню, а я всё никак не мог решить – с яблоками её рисовать или без них. А тут Володька:

- Лёш, Лёш, дай фломастер фиолетовый.

Я, не отрываясь от своего произведения, сунул Володьке фиолетовый фломастер, он сказал «спасибо», а меня вдруг осенила гениальная идея – нарисовать одно яблоко под яблоней в стиле «постмодернизм».

Я, значит, в творчестве весь витаю, а тут снова Володька:

- Лёш, Лёш, а знаешь, зачем мне это нужно?

- Сливу на яблоне нарисовать? – задумчиво предполагаю я, а сам критическим взглядом оцениваю свой рисунок. 

- Какую ещё сливу? – возмутился Володька. – Я не про фломастер! 

Оказывается, Володька везде, где только можно, скрыл дату своего рождения! Чтобы никакая Интернет-система не напомнила его друзьям, что его, Володьку, такого-то числа нужно поздравить!  

- Это такой хитрый ход, понимаешь? – подытожил Володька. – Чтобы проверить, кто правда помнит о моём дне рождения, а кому всё равно.

Прошло несколько дней. И однажды идём мы с мамой по улице, и она говорит:

- Надо Володе подарок купить. У него скоро день рождения. 

Я, конечно же, согласился и начал рассказывать маме про одну машинку, которая Володьке обязательно должна понравиться. Мама подтвердила, что моя идея с машинкой – хорошая, и мы пошли дальше. И тут она спрашивает:

- Двадцать… Двадцать… третьего? четвёртого? Ну, напомни мне, когда у Володи день рождения! 

А я прямо не знаю, куда мне деться! Как же я могу напомнить, когда я Володьке пообещал! Честное слово дал, что никому, никогда и ни за что не раскрою этой тайны! Ну, то, что у него день рождения 25 октября. И стою я, значит, перед мамой, смотрю в октябрьское небо, бубню себе чего-то под нос и как будто бы усердно вспоминаю, какого же числа у Володьки день рождения! 

- Ну, тоже мне друг называется! – махнула на меня мама рукой. – Пойдём в магазин машинку покупать.

И мы пошли. 

Пролетели ещё несколько дней. Машинка для Володьки уже стояла у меня на полке, а я с нетерпением ждал праздника. 

- Алёша, - числа девятнадцатого октября вкрадчивым голосом подозвала меня наша классная руководительница Инесса Владимировна. – Скажи-ка мне, когда у твоего друга день рождения? Через неделю?

Вот честное слово – мне прямо нехорошо сделалось от такого вопроса! Как будто бы учительница задачку по математике задала! Я даже схватился за мелок по инерции! И глаза опустил от безысходности своего положения – и учительнице не соврёшь, и честное слово, данное Володьке, не нарушишь! 

Вид у меня был такой, наверное, что Инесса Владимировна меня пожалела.

- Ну, ничего страшного, - сказала она, - я потом у себя в бумагах посмотрю. 

И не успел я разбежаться, чтобы прыгнуть вдоль четырёх рядов парт, как меня за рукав потянул Андрюшка Андреев.

- Лёш, - говорит он как ни в чём не бывало. – А у Володьки Сухарева когда день рождения, не помнишь? А то мы с мамой книжку ему в подарок купили.

Вот тут я уже не выдержал и как закричу на весь класс:

- Не помню я! Не помню! Что он Пушкин что ли, чтобы я его день рождения наизусть помнил!

Андрюшка очень удивился. А Володька, который в это время стоял навострив уши в конце класса, с благодарностью на меня посмотрел. А потом ещё подошёл и сказал, что я лучший друг на свете! И добавил:

- Лёш, у меня тут день рождения скоро будет, двадцать пятого, приходи ко мне в гости! Будет весело! 

№10 от 28.04.2020

Классная история пятьдесят пятая

Однажды в школе, в раздевалке, я нашёл металлическую пуговицу. Она закатилась в дальний угол, а сверху на неё свалился чей-то шарф. Я пуговицу поднял и положил на подоконник, на самое видное место. Думаю, придёт растяпа после уроков и сразу свою пуговицу увидит!  

На следующее утро, стягивая с себя пальто, я с удивлением обнаружил, что эта же самая пуговица снова оказалась на полу, причём теперь уже не одна, а на пару с другой, совершенно другой пуговицей! Я взял их обе и положил всё на тот же подоконник. 

После уроков в раздевалке была такая возня, что там, ни то что чужую пуговицу не увидишь – своего пальто не разглядишь! Кое-как одевшись, я убежал домой.

Прошла почти неделя. И я уже было забыл про какую-то там пуговицу и даже две пуговицы, как вдруг повстречал их на втором этаже школы! Ничего себе, - подумал я. – забрались! 

Тогда я сунул их к себе в карман, а на переменке отдал нашей классной руководительнице Инессе Владимировне. 

- Вот, - говорю я, - Инесса Владимировна, две пуговицы потерялись.

- Молодец какой! – похвалила меня учительница и сказала, чтобы я грамотно, без ошибок написал объявление о находке и повесил его на стенде возле раздевалки. 

Я написал; после уроков повесил объявление на дверях раздевалки и с чувством исполненного долга отправился домой.

- Никогда, никогда в жизни мне не приходилось так краснеть, Кузнецов! – в сердцах воскликнула Инесса Владимировна на следующее утро, потрясая в воздухе моим объявлением.

Неужели я настолько неграмотный?! – в ужасе подумал я и стал лихорадочно вспоминать, в каких же словах там можно было наделать ошибок. Пуговица? Она и есть пуговица. Слово «объявление» я с орфографическим словарём сверял…

Но оказалось, что Инесса Владимировна была возмущена тем, как объявление было подписано. А с подписью, кстати, я провозился довольно-таки долго, всё никак не мог придумать, как лучше. «Алёша Кузнецов» - нескромно – получается, что я хвалюсь на всю школу, - вот, мол, какой я! Пуговицы нашёл! «2-й класс, третий этаж» - звучит слишком глобально для какой-то там заурядной пуговицы. Вообще без подписи объявление – вызывает недоверие… Поэтому я подписал его просто и ясно: «Пуговицы забрала Инесса Владимировна. Обращайтесь».

И не успела Инесса Владимировна переступить порог школьного здания, как к ней принялись «обращаться», причём все, кому не лень, преимущественно родители, потому как учителя имеют свой собственный гардероб и в нашу раздевалку не ходят. «А что за пуговицы?», «Зачем забрали? А у кого?», ну, и так далее.

А про то, что пуговицы именно «утеряны» и «найдены» я вообще, оказывается, не написал. В общем, пришлось нам с Инессой Владимировной писать новое объявление…

И вот уже наступил март месяц, а владельцев пуговиц всё нет и нет. И однажды, на масленицу, когда мы всем классом сооружали красивую «зимнюю куклу», я эти две пуговицы прикрепил на её жакет. Получилось здорово! «Зимнюю куклу» поставили в актовом зале прямо на середину, и все ходили и ею любовались! Кстати, вопреки масленичным традициям, мы этой «зимней кукле» должны были просто сказать «до свидания», и всё!

И вот, когда праздник был уже в самом разгаре, я стоял себе возле нарисованного медведя в косоворотке и ел блины. А тут – Володька Сухарев, вынырнул сзади, выкрикнув приветствие. Я тоже сказал: «Привет». И мы продолжили стоять вдвоём. 

Володька чай пьёт, блином заедает, и вдруг говорит:

- Лёш, гляди! На Павле Сергеевиче такие же пуговицы, как на «зимней кукле»! 

Павел Сергеевич – это учитель-практикант в старших классах, он историю преподаёт. 

Я посмотрел на Павла Сергеевича, и действительно, на его пиджаке были точно такие же пуговицы! Я даже ещё слегка прищурился и подкрался шага на два поближе, чтобы гравировку рассмотреть. 

Володька говорит:

- Надо к нему подойти и сказать, чтобы он свою пуговицу после праздника забрал. И ещё насчёт второй спросить – вдруг тоже его?

А меня что-то вдруг сомнение одолело.

- На пиджаке, - говорю я, - все пуговицы на месте! Значит, не от его пиджака отлетела…

Володька доел блин и постучал по голове бумажной тарелкой.

- Ну, вообще, - протянул Володька. – Ну, ты даёшь! Пиджаки с запасными пуговицами продаются! Вот он одну пуговицу потерял, и ему мама запасную пришила. Со мной тоже один раз такое произошло. 

- Ну, допустим, - говорю я. – А почему его пуговица отлетела в нашей раздевалке? Он – учитель, у учителей свой гардероб.

Володька прямо запрыгал от возмущения.

- Как это почему? Как это почему? Да потому что он ещё учится в институте! И зашёл в ученический гардероб по инерции!

В общем, Володька меня убедил, и я прямо так, с блином в руке, направился к Павлу Сергеевичу. 

- Павел Сергеевич, - говорю я, - здравствуйте! У Вас, - говорю, - пуговица от пиджака отлетела. 

Павел Сергеевич всполошился, похлопал себя по пиджаку, по воротнику поводил носом, зачем-то залез в карман. Потом растерянно сказал: «Спасибо». Потом недоверчиво посмотрел на меня. 

- Все на месте, - сказал он с обидой.

- Так не сейчас отлетела! – воскликнул я. – В январе!

Павел Сергеевич огляделся по сторонам, как будто бы кого-то искал, спросил у меня, из какого я класса, и не надо ли меня проводить к моей учительнице. 

Тут мне на подмогу подлетел Володька, глаза округлил и говорит полушёпотом:

- Павел Сергеевич, я Вам сейчас такую историю расскажу! 

Услышав родное слово «история», Павел Сергеевич проявил интерес и стал ждать, что же поведает ему Володька. 

Володька перевёл дух и сказал:

- Дело было в январе… 

Наконец, по ходу Володькиного рассказа, Павел Сергеевич начал что-то понимать.

- Мальчики, - сказал он, - это не моя пуговица! Никакие запасные пуговицы я не пришивал!

И уже было хотел уйти, но не тут-то было! Володька преградил ему путь и говорит:

- Конечно, не пришивали! И я не пришивал, когда у меня пуговица один раз отлетела. Мне её мама пришила! И Вам тоже мама пришила, только она Вам об этом не сказала. Чего о таких пустяках говорить?

И мы повели Павла Сергеевича к «зимней кукле». Ну, чтобы показать ему вторую пуговицу, которую он, почему-то, стал рассматривать с большим интересом, чем первую, которая как на пиджаке. 

А как только мы проводили зиму, я отстегнул две пуговицы от жакета «зимней куклы» и побежал с ними за Павлом Сергеевичем. Настиг я его уже в вестибюле, в куртке и шапке, а вслед за мной припрыгал и Володька Сухарев. 

- Павел Сергеевич! – закричал Володька на всю школу. – Я придумал, как надо поступить! Мы должны провести эксперимент! Надо проверить – одинаковой ли ниткой пришита каждая Ваша пуговица! 

№9 от 26.04.2020

Классная история пятьдесят четвёртая

- Ну всё, - как-то раз сказала нам классная руководительница Инесса Владимировна в начале урока, - вы меня не слушались, уроки не учили, будет у вас теперь другой педагог.

Мы прямо чуть со стульев не попадали, - как же так? Да не может быть! Я даже сначала подумал, что Инесса Владимировна просто решила нас припугнуть, ну, чтобы мы уроки получше учили, но тут в класс действительно вошёл кто-то неизвестный, в костюме, и прижимая портфель к груди, крадучись пробрался к доске. 

- Вот, ребята, познакомьтесь, - сказала Инесса Владимира, - ваш новый учитель Павел Сергеевич. Между прочим, студент третьего курса педагогического института. 

- Добрый день, - с запинкой, не уверенный в том, что день добрый, произнёс Павел Сергеевич. 

Затем пожамкал пиджак, потеребил галстук и, оглядев ребят, шепнул Инессе Владимировне:

- Какие они у Вас маленькие. Я не на таких ребят рассчитывал.

Я аж подпрыгнул от возмущения. Маленькие!.. Не на таких рассчитывал!.. На себя посмотри! Мы, может, тоже не на такого рассчитывали! Это я всё, разумеется, подумал, а вслух прокричал: «Здравствуйте!»

Тем временем Инесса Владимировна оторвала Павла Сергеевича от его чемодана и подвела к своему столу. 

- Располагайтесь, - сказала она и ушла в конец класса.

Павел Сергеевич стоял молча и хлопал ушами – прямо первый раз в первый класс!

Наконец, он заговорил. Без всякого там «сейчас я вам расскажу», Павел Сергеевич поведал нам о московской реке Неглинке, которая в «Книге Большому Чертежу» от 1627 года, оказывается, называлась Неглинна! Тут я подумал, что Павел Сергеевич, наверное, учитель истории. Это вселило в меня надежду, что Инесса Владимировна всё-таки у нас останется, потому что вряд ли по «Книге Большому Чертежу» мы будем изучать русский язык, а заодно и литературу. 

Когда мы добрались до возведения оборонительного сооружения, в класс прошмыгнул ещё кто-то, тоже неизвестный и тоже с портфелем. Вот он был радостный, прямо счастливый! И в начале второго урока он, перепрыгнув весь класс, оказался возле доски. 

- Ребята! – прокричал он. – Меня зовут Антон Владимирович. А знаете ли вы, что на свете бывают отрицательные числа?

Мы сразу зашумели.

- Как это отрицательные? Как персонажи что ли? – подскочил Андрюшка Андреев.

- Почти! – радостно воскликнул Антон Владимирович. – Вот есть числа: один, два, три – они положительные, а есть и другие числа: минус один, минус два, минус три – они отрицательные! Сейчас я вам их покажу! 

Я подумал – интересно, как это он нам их покажет? Один, два, три – нам показывали на яблоках. Например, два яблока. А как можно показать минус два яблока? 

Тем временем Антон Владимирович начертил на доске длинную линию, разделил её на равные чёрточки и посередине нарисовал ноль. И тут вдруг спрашивает, ко мне обращаясь:

- Тебя как зовут?

Я прямо испугался, говорю:

- Кузнецов. Алёша.

- Алёша, - с задором произнёс он, - выходи к доске! 

С таким выражением лица, как было у Антона Владимировича, обычно приглашают кого-нибудь из зрителей цирка выйти на манеж и поучаствовать в фокусе. 

Я пошёл. Класс подбадривающе загудел. 

Справа от ноля мы с Антоном Владимировичем нарисовали один, два три, а слева от ноля – тоже один, два, три, только со знаком минус! Это и были отрицательные числа! Я, честно говоря, ничего не понял, да и Инесса Владимировна с задней парты шептала, что отрицательные числа проходят в пятом классе, а мы все – во втором, но позитив Антона Владимировича был непоколебим! 

- Инесса Владимировна! – обратился он к нашей учительнице. – А можно я мальчику пятёрку прямо в дневник поставлю? Ну, пожалуйста! 

Инесса Владимировна разрешила, и Антон Владимирович, светясь от счастья, влепил мне грандиозную пятёрку! Кто бы мог подумать, что от отрицательных чисел бывает столько положительных эмоций! 

Антон Владимирович, как и Павел Сергеевич, тоже учился на третьем курсе педагогического института, а наш класс для них был что-то вроде экзамена. Вот поймём мы, что они нам объясняют, - им пятёрку в институте поставят, а не поймём – какую-нибудь тройку или даже неудовлетворительно! 

А на большой перемене к нам в класс пришёл завуч. К нему тут же подлетел Антон Владимирович и поинтересовался, можно ли ему с ребятами, с нами то есть, провести все уроки до конца недели!  

- Я и русский язык могу провести, и природоведение, всё-всё могу! – взволнованным голосом говорил Антон Владимирович. – Я по всем предметам готовился!

Я тогда ещё подумал, что Антон Владимирович либо круглый отличник, либо двоечник, тоже круглый, для которого наш класс – это последний шанс не вылететь из института. 

Так вот, по поводу всех уроков до конца недели… Завуч задумался. По всем признакам выходило, что если Инесса Владимировна не позанимается с нами целых три дня, то к вечеру пятницы по улицам столицы будут бегать двадцать пять дикарей. А у завуча, наверное, на выходные были планы… Там в театр сходить или в кино… А кому захочется по дороге в театр повстречать дикаря? Никому! Вот и завуч не захотел, поэтому, взвесив все «за» и «против», уверенно сказал: «Нет».

- Ребята, - подытожил завуч, - должны заниматься с Инессой Владимировной. А вы можете проводить один урок в день. 

Вот, и Инесса Владимировна провела с нами русский язык и культуру речи. А Антон Владимирович сидел на задней парте и, затаив дыхание, тоже слушал урок. Правда, под конец, он рвался к доске – рассказать нам про тетраэдр, октаэдр и додекаэдр, но Инесса Владимировна велела ему прийти к нам с этими персонажами лет через пять-шесть.

- А завтра, - сказала Инесса Владимировна, подмигнув, - мы вас ждём с задачками на скорость, время и расстояние…

№8 от 13.04.2020

Классная история пятьдесят третья

А меня мама не отпустила на дискотеку в кафе «Мороженое». Говорит, – не знаю я, что это за дискотека! И какие там ребята будут – тоже не знаю! 

И папа тоже хорош. Сунул мне эскимо на палочке и врубил «Вальс цветов» Чайковского на весь дом.

- Ну, - говорит, - чем тебе не дискотека?

Эскимо я, конечно, взял, но обиделся ужасно! И пошёл к себе в комнату. Сижу, значит, у себя в комнате, мороженое ем, а сам думаю: ну и ладно, ну и подумаешь… Вот подойду я к маме в следующий раз и спрошу точь-в-точь как мама меня спрашивает:

- С какими это неизвестными ребятами ты собираешься идти в кино? Нет, нельзя! – категорично заявлю я. – В кино я тебя отпущу только с Кузнецовым! (Это я папу имею в виду.) Я и его знаю – хороший мальчик, и его родителей. 

А потом – к папе. Папа потупит взор и робко мне сообщит, что хочет пригласить одну девочку в кафе «Мороженое». Я строго на него посмотрю.

- Какую девочку? – поинтересуюсь я. 

- Ну… такую… - пролепечет папа, - красивую…

Тогда я возьму с папиного стола тетрадку, полистаю её и спрошу:

- А отчёт ты сделал? Скоро конец квартала.  

Потом замечу какую-нибудь ошибку и укажу на неё. Папа попытается мне что-то возразить, но я его не стану слушать.

- Дебет и кредит всегда должны быть равны! Никаких «но»! А если они у тебя не равны, значит, ты неправильно решал задачки в течение четверти! Вернее, квартала…

И снова пойду к маме. А мама в это время будет болтать по телефону. 

- Я, значит, три танка уложила, - взволнованно будет тарабанить мама в трубку, - а тут, откуда ни возьмись – четвёртый! Я его – пах! бах! А с ним ничего не делается, он, значит, дальше на меня идёт! Перезвоню, - поспешно шепнёт мама, увидев меня в дверях, и спрячет телефон. 

- Ну? – спрошу я.

- Что? – хлопая глазами, переспросит мама.

- Разобралась?

А мама:

- В чём?

- Как это в чём? – возмущусь я. – В Perfect Continuous.

Тут мама сделает удивлённые глаза. Потом начнёт искать учебник по английскому языку и даже где-нибудь его найдёт. Потом пообещает прямо сейчас выучить весь Perfect Continuous, а заодно и Present Continuous, и вообще все Continuous на свете! 

А я пойду, ну допустим, смотреть телевизор, сериал «Полночный дождь в безлунный час», мне его мама с папой никогда не разрешают смотреть. И я представил, как это здорово сидеть перед телевизором и пить малиновую газировку. Но тут в приоткрытую дверь комнаты юркнул папа. Я себе этого не представлял, оно как-то само по себе представилось. 

- Лёш, Лёш, - жалобно забормотал папа. – Ну, не сходится у меня! Ну, посмотри, пожалуйста.

И протягивает мне свой злосчастный отчёт.

- Это вообще не я виноват, это папа Кольки Шумова напортачил.

Не успел я заглянуть в отчёт, как в комнату прибежала мама. 

Говорит:

- А прошедшее длительное время – это как? Делал, делал – не доделал, учил, учил – не выучил?

Я посмотрел на маму и вздохнул. 

- Вроде того, - говорю я. 

- А когда мы ужинать будем? – безо всякого перехода поинтересовалась мама.

- Да, кстати, - подхватил папа. – когда?

Тут же папа притащил какой-то транспортир, развернул чертёж и стал ко мне приставать, – правильно ли он рассчитал угол наклона колонны, и не загремит ли она вдруг? 

А мама в это время уже убежала в свою комнату, и оттуда стали доноситься характерные звуки продвижения танковой дивизии. 

Изо всех сил я завертел головой в разные стороны и вскочил на ноги. Я – это я, которому мама с папой что-то не разрешают, а не наоборот. Попрыгал. Потом слышу – папа кричит:

- Алёшка, иди руки мыть.

Я высунулся из комнаты, а там папа стоит, – без отчёта и без транспортира.

- Мама, - говорит, - блинчики испекла.

- Сама? – уточнил я.

Папа внимательно на меня посмотрел.

- Конечно, - говорит, - Чип и Дейл только немного помогли, а так – исключительно сама.

Я ужасно обрадовался и, прихватив папу и учебник по английскому языку, помчался на кухню к маме.  

№7 от 11.04.2020

Классная история пятьдесят вторая

Как-то раз я очень захотел заблудиться. Не убежать из дома в поисках приключений, а именно заблудиться – между домами, среди цивилизации. 

Я даже сначала на автобусе хотел уехать, чтобы совсем далеко, но вовремя одумался – во-первых, в автобусе объявляют остановки, а во-вторых, так совсем неинтересно, когда обратно можно добраться элементарно – просто сесть на тот же номер автобуса. 

А я хотел добраться до дома сам! Без всяких там поисковиков и навигаторов. Ориентируясь на логику, интуицию, ну и дорожные указатели. 

Заметался я, значит, между улицей и переулком, думаю – куда бы мне рвануть, а тут прохожий – такой ответственного вида – подходит ко мне и спрашивает:

- Мальчик, ты заблудился?

- Нет ещё! – честно отвечаю я и убегаю наискосок. 

Бегу, бегу, и вдруг слышу – мальчишка какой-то кричит:

- Спасите! Помогите! Спасите! Помогите! 

Ну, я за угол и побежал, на крик. Смотрю, – а там сооружение такое не очень высокое, а с крыши этого сооружения чуть не падает, схватившись обеими руками за край, мальчишка. Вокруг взрослые столпились – одни ему кричат: «Давай, давай, ещё немного, держись!»; другие: «Прыгай вниз!», а он всё кричит да кричит. Уже и машина скорой помощи приехала, и полицейская машина тоже. Даже место происшествия специальной лентой успели отгородить. 

И никто, главное, ему не помогает! Ну, думаю, наверное, МЧС ждут… И действительно, очень скоро на крыше появился взрослый и, подхватив этого мальчишку, с лёгкостью втянул его на крышу. Мальчишка перестал кричать, и они вдвоём спокойно стали спускаться по лестнице с другой стороны сооружения. 

И тут я понял – это они, оказывается, снимают кино! Как это я сразу не догадался! 

- Перерыв двадцать минут! – прокричали в громкоговоритель. 

Толпа стала медленно расходиться, а я побежал к этому мальчишке – ужасно захотелось с ним познакомиться. 

Мальчишка сказал, что зовут его Ларик. Я тоже представился.

- А не страшно было на крыше висеть? – спрашиваю я. – Слететь ведь мог бы!

- Не мог бы, - говорит Ларик, - я висел со страховочным тросом. Да и разве это высоко? – фыркнул он. – Вот когда мы в горах снимали… Вот это да было!

Я аж присвистнул – в горах! 

- А ты ещё где-то снимался? – меня прямо одолело любопытство. – А где?

Ларик обвёл глазами крыши домов и выдержал паузу. Прямо как в кино! 

- Вообще, - говорит, - в моей фильмографии ролей больше, чем у мамы с папой. 

Я очень удивился.

- Это как же? – говорю.

- Да очень просто! – продолжил Ларик. - Мама в одном павильоне снимается, папа – в другом, а я сижу и жду их на киностудии. А там для какого-нибудь фильма, для эпизода, мальчик нужен, – вот помреж бегает и ищет, где бы его взять. Однажды за один день я снялся сразу в трёх фильмах! Я был пионером, который пьёт газировку, непослушным мальчиком в такси и даже партизаном с важным сообщением для штаба. 

А ещё Ларик рассказал, что когда он играл первоклассника, съёмки проходили в обыкновенной школе, и он там сидел за партой среди обыкновенных ребят, Режиссёр сказал ребятам, чтобы они себя вели так же, как каждый день. Это – для более насыщенного второго плана. 

- То есть, - говорю я, - например, можно к тебе подойти и портфелем тебя хлопнуть. Ну, для более насыщенного второго плана.

- Нет, - важно ответил Ларик, - чтобы хлопнуть одноклассника портфелем, надо в специальной школе учиться. Актёрского мастерства, - уточнил он на всякий случай.

Ларик достал планшет и включил какую-то музыку.

- А ты сейчас домой поедешь или на киностудию? – поинтересовался я. 

- Мы ещё здесь снимать будем. 

- Так вы же уже всё сняли! 

- Нет, не всё, - сказал Ларик. – Меня ещё спасти надо, с крыши снять. 

- Так тебя же уже спасли, сняли с крыши, - удивлённо говорю я.

- Когда? Не было такого! Ещё сценарист – вон, на коленке дописывает.

И Ларик махнул рукой в сторону человека, сидящего на приступке киносъёмочного фургона. Он действительно что-то писал. 

Оказалось, что после перерыва Ларику снова надо было лезть на крышу и продолжать оттуда кричать. Только на этот раз к нему на помощь должен прийти главный герой фильма. Он Ларика спасёт, сцену заснимут, а уже потом, за кадром, их обоих проводят с крыши на тротуар. 

- И на этом твоя роль в фильме закончится? – спросил я.

Ларик пожал плечами.

- Всё зависит от того, влюбится ли главный герой в мою маму по фильму. Если влюбится, то, конечно, я ещё буду сниматься. Тогда мы с ним вместе будем пить чай, ходить на футбол и в тир.  

Становилось темно. Я взглянул на часы и со всех ног припустился домой. В общем, плохо я заблудился, потому что пока бежал ни разу не засомневался, в правильном ли направлении я бегу. 

А на утро я помчался ещё быстрее! В школу. Чтобы до уроков успеть рассказать Володьке Сухареву про кино и про мальчишку Ларика. А в это время возле нашей школы зачем-то устанавливали шлагбаум. Наверное, чтобы чужие машины не заезжали. Шлагбаум этот ужасно мешался, и мне пришлось всё время подпрыгивать, чтобы ещё издалека увидеть Володьку. Володька всегда приходит в школу позже меня. 

И тут я смотрю – по двору неторопливо шагает Володька Сухарев. Идёт себе спокойно, на урок не торопится. Идёт, идёт и вдруг замечает – при входе в школу – шлагбаум! Володька остановился и так выразительно уставился на этот шлагбаум, что я подумал – и повезло же тому знаменитому барану, ну который на новые ворота смотрел, что вместе с ним на кастинг не пришёл Володька Сухарев! 

1-10

№1 от 07.11.2019

11-20

№2 от 12.11.2019

21-30

№3 от 07.12.2019

31-40

№4 от 07.01.2020

41-50

№5 от 07.02.2020

51

№6 от 07.03.2020

Контакты:

Адрес редакции: 
115093, г. Москва, 
ул. Большая Серпуховская, дом 44  
E-mail: KLASSNYEISTORII@MIRILICHNOST.RU
Тел.: 8-916-246-70-84
Главный редактор: Чапленко Е. П.